Н.А.Островский «Как закалялась сталь» — 90 лет. Тайны романа.

ИСТОЧНИК

Ровно 90 лет прошло с тех пор, как прикованный к постели и почти ослепший Николай Островский начал писать свою легендарную книгу «Как закалялась сталь». В СССР это произведение было одним из самых популярных — к 1991 году ее переиздавали 773 раза, общий тираж составил фантастические 53 миллиона. Роман был переведен более чем на сто языков, издан в ста странах мира. В осажденном голодном и холодном Ленинграде в 1942 года книга Островского была напечатана вручную, и ее десятитысячный тираж был распродан за два часа.

Писатель Борис Полевой вспоминал, как во время обороны Сталинграда заглянул ночью в расположение одного из передовых батальонов. Бойцы собрались у костра: «Все слушали, сидя в напряжённых позах, стараясь не пропустить ни одного слова. Читали роман «Как закалялась сталь». Когда разговорились, бойцы пожаловались, что книга эта одна на весь полк. Для удобства чтения её разорвали на несколько частей и в редкие часы боевого отдыха читали, передавая друг другу листы по мере прочтения».

Да и в наши дни в одном лишь Китае за последние 15 лет роман о Корчагине издали больше 20 раз, и для большинства китайцев Павка — литературный герой № 1. В этой стране книгу Николая Островского до сих пор читают десятки миллионов. А фраза, которую в романе произносит его герой, и сейчас считается хрестоматийной:

«Самое дорогое у человека — это жизнь. Она дается ему один раз, и прожить ее надо так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы, чтобы не жег позор за подленькое и мелочное прошлое, чтобы, умирая, смог сказать: вся жизнь и все силы были отданы самому прекрасному в мире — борьбе за освобождение человечества».

Старшему поколению биография Николая Островского и сам его роман хорошо известны.

Родившийся в небольшом украинском селе будущий писатель стал подпольщиком, потом добровольно ушел на фронт Гражданской войны, был ранен. Занялся комсомольской работой, а потом на ударной стройке узкоколейки, когда пришлось работать по колено в ледяной воде, получил тяжелое заболевание, стал инвалидом, был разбит параличом и почти полностью ослеп. Считалось, что биография самого Островского почти полностью совпадает с биографией главного героя его романа.

Поначалу свой роман автор, прикованный к постели, писал от руки, однако когда Островский уже почти полностью ослеп, то попросил ассистентку взять картонную папку и прорезать в ней полосы размером строки и продолжил писать при помощи трафарета. Через какое-то время рука стала болеть и совсем отказала. Тогда он стал писать, диктуя.

Когда в середине 1932 года роман был, наконец, окончен, и рукопись отправили в журнал «Молодая гвардия», Островский получил в ответ разгромную рецензию, будто в его книге «выведенные типы нереальны». Кстати, это была не первая неудача начинающегося писателя. В 1927-1928 гг. по просьбе друзей Островский написал повесть о котовцах — «Рожденные бурей», но рукопись при пересылке в редакцию потерялась.

Когда первая часть романа «Как закалялась сталь», несмотря на трудности, была все-таки издана, то к полному удивлению издателей тираж разлетелся мгновенно. В библиотеках за романом выстраивались огромные очереди.

Однако литературные критики поначалу не проявили к книге интереса, не было отзывов в прессе, а харьковский цензурный Обллит вообще назвал роман «Как закалялась сталь» антисоветским и потребовал его «немедленно изъять».

Настоящая слава пришла к Островскому только в 1935 году — благодаря известному журналисту Михаилу Кольцову. Из его очерка в «Правде» вся страна узнала о самом факте существования парализованного молодого писателя и его книге.

Роман наперебой стали расхваливать не только партийные пропагандисты. Знаменитый режиссёр В. Мейерхольд рассказывал актёрам своего театра: «Я имел однодневную беседу со Львом Толстым, много беседовал с Антоном Чеховым. Николая Островского я ставлю третьим. Такая необычная культура, такое необычное проникновение в правду жизни, такая способность понимать, что такое искусство». Иерохимонах Сампсон в своих сочинениях «Жизнеописание, беседы и поучения» писал: «В нём были эта огромная любовь к человеку, хотя и атеиста, но всё-таки любовь. Его поразительная работа «Как закалялась сталь» — это выражение любви к человеку. Душевной. И, может быть, даже духовной». Английский историк Д. Линдсей подтверждал: «В его книге нет ни одной фальшивой ноты. Она заставляет гордиться званием человека».

А лауреат Нобелевской премии французский писатель Андре Жид оставил свои записи о встрече с Островским незадолго до его кончины: «Я не могу говорить об Островском, не испытывая чувства глубочайшего уважения. Если бы мы были не в СССР, я бы сказал: «Это святой»».

Автора «Как закалялась сталь» в СССР начали преподносить до небес. Наградили орденом Ленина. Правительство Украины построило для него в Сочи новый дом, на улице его имени. Писателю дали квартиру в Москве на Тверской улице (тогда улице Горького).

Для того времени это было уже признание его статуса как классика советской литературы. В 1936 году Наркомат обороны присваивает ему почетное звание комиссара бригады. Шьется специальная форма, в ней Островский практически всегда и фотографируется. Чтобы посетить его, делегации выстраиваются в очередь. Превозмогая боль, писатель готовит к публикации новый роман — «Рожденные бурей». Но смерть наступила 22 декабря 1936 года, когда писателю было всего 32 года…

Загадка романа

До сих пор остается загадкой, как Николаю Островскому, человеку, не получившему никакого филологического образования, удалось создать произведение, ставшее мировым бестселлером. Поэтому его постигла почти такая же судьба, как и Шолохова. После краха СССР, когда стали доступны архивы и стали свергать многих прежних кумиров, заговорили о противоречиях в официальной биографии автора и неизвестных прежде подробностях создания его культового романа.

В апреле 2000 года еженедельник АИФ напечатал статью, автор которой рассказал историю о том, как будто бы на самом деле он был создан. Об этом ему якобы рассказала сотрудница издательства «Молодая гвардия» Баблоян. «Я, — заявила Баблоян, — входила в творческую бригаду, которая и создала этот роман… Я — последняя, оставшаяся в живых из этой бригады. А было все это так. Автор прислал рукопись, о литературном уровне которой можно было говорить только условно. Издать ее невозможно. Но отказать ему, старому комсомольцу, мы, работники комсомольского издательства, не могли. Года два рукопись передавали из редакции в редакцию, надеясь, что кто-нибудь найдет выход. Каждая редакция отвечала автору, что ознакомилась с рукописью и передала для дальнейшей работы над нею другой редакции. Автор — Н. Островский — обратился с письмом в ЦК ВЛКСМ, рассказал, что который год не может издать рукопись, отражающую героическую эпоху в истории комсомола.

ЦК ВЛКСМ затребовал рукопись из издательства. Ознакомился с нею. Провел совещание с издательскими работниками. Было решено создать творческую бригаду, которая занималась бы только подготовкой к выпуску романа в свет. Началась упорная, всесторонняя, коллективная работа над рукописью. Хотя мы не совсем верили, что удастся из рукописи, пригодной разве что для редакционной мусорной корзины, сделать что-либо достойное уровня нашего издательства. От нас же не скрывали, что ждут шедевра. ЦК ВЛКСМ систематически контролировал ход работ. По ходу дела созывались совещания. Мы втянулись в работу. Сжились с сюжетом. Стали жить жизнью героев рукописи. Каждая страница прошла через наши сердца и души. Плюс к этому профессиональное мастерство редакторов одного из лучших в стране издательств. И получилось то, что впоследствии стали считать одним из лучших произведений советской литературы. Николай Островский стал советским писателем-классиком…»

Было ли все так на самом деле?

Доведение «до ума» произведений начинающих авторов считалось в то время обычной практикой. Особенно, если речь шла о книгах патриотического содержания.

Хороший, талантливый редактор, порой, становился настоящим соавтором произведения, с которым он работал, о чем, разумеется, никакого упоминания в изданной потом книге не было. Так что такое вполне могло быть и в работе при издании «Как закалялась сталь», однако никакого официального подтверждения рассказ Баблоян не имеет.

Некоторые литературоведы даже считают, что к редактированию рукописи романа был якобы причастен Аркадий Гайдар, который будто бы даже написал для него некоторые главы. Впрочем, все это так и остается на уровне домыслов и предположений, а потому единственным автором романа «Как закалялась сталь» по праву считается Николай Островский.

Цензура и купюры

Впрочем, изданный текст романа все-таки сильно отличается от того, что на самом деле написал Островский. И вовсе не потому, что его старались «улучшить» редакторы, а во многом благодаря политической цензуре. Как установили литературоведы, из рукописи были убраны эпизоды участия Павла Корчагина в «Рабочей оппозиции», упоминания дискуссии о профсоюзах, убраны эпизоды с Троцким в армии и на фронте, бурные дискуссии тех лет с троцкистами и оппозиционерами, приведшие к расколу в партийной и комсомольской среде, сюжетные линии о поддельном студенчестве «приспособленцев» во времена нэпа, об агрессивном мещанстве в быту, существенно изменена даже любовная сюжетная линия главного героя.

Споры между историками литературы идут и вокруг некоторых деталей биографии Николая Островского. За два месяца до смерти в интервью о своей книге Островский признался английскому журналисту, что она не является автобиографичной.

А в предисловии к первому изданию романа, опубликованному в журнале «Молодая гвардия», Островский говорит совсем другое. Он приводит множество подробностей своей жизни, которые абсолютно точно совпадают с биографией Корчагина.

Почти все биографы утверждают, что Островский сражался в Гражданскую в рядах 1-ой Конной армии. Николай в те годы был еще несовершеннолетним, но такое тогда случалось часто. Однако до сих пор нет каких-либо реальных подтверждений службы Островского в регулярной армии. И в его автобиографии от 1924 года нет ни одного упоминания об участии в Гражданской войне.

До наших дней дошел личный учетный листок Николая Островского, который он сам заполнил в 1924 году при постановке на партийный учет. И в графе «Участие в военных действиях и служба в Красной армии» он поставил прочерк. А на следующей странице, перечисляя всю свою трудовую деятельность, Островский повторяет факты автобиографии, никак не упоминая о своем участии в боевых действиях.

Грандиозная книга

Но такое ли уж большое значение имеет то, какой у автора была биография? Даниил Гранин, например, как теперь документально доказано, никогда не был командиром роты тяжелых танков под Кенигсбергом, как он сам о себе писал и говорил в интервью, а служил во время войны политруком в ремонтно-восстановительной бригаде. Александр Грин часто придумывал фантастические истории о самом себе.

У писателя важно не то, что он сам о себе говорит, а то, что он написал. И какое влияние его произведение оказало на читателей. А книга «Как закалялась сталь» произвела впечатление грандиозное. И до сих пор продолжает производить во всем мире.

И это признал даже такой опытный литературный критик, которого никак нельзя заподозрить в симпатиях к коммунистам или к патриотической литературе, как Дмитрий Быков. «Дело в том, — пишет он, отмахиваясь от слухов о том, что книга Островского — плод коллективного труда и от несообразностей в его биографии, — что в этой книге наличествует огромный заряд, огромное нежелание мириться с данностями, огромное нежелание мириться со смертью, с выключенностью из жизни. Этот заряд многим помогал выживать. Функция этой книги грандиозна вне зависимости от ее художественных достоинств».

Когда в 1991 году рухнул СССР и власть в стране, в том числе в области культуры захватили либералы, то книгу «Как закалялась сталь» тут же изъяли из обязательной школьной программы. Зачем нужны герои обществу потребителей? У них совсем другое отношение к жизни. Вот, например, как пишет сегодня о романе в интернете анонимный автор, судя по ее тексту, — нынешняя школьная учительница: «Роман «Как закалялась сталь» — это повествование о самоубийце-мазохисте, о человеке, который ежедневно и целенаправленно убивал себя, отказываясь быть человеком. Павел Корчагин, поначалу смелый, гордый, протестующий мальчишка, вырос в робота-воителя, железного человека, подчинившего свою плоть силе сознания, и добровольно посвятивший себя физическому аскетизму… Сталь закаливают для того, чтобы повысить её твердость и прочность, чтобы она служила долгие годы. Для этого её подвергают тепловой обработке, при которой очень важна точность, недозакалить или перекалить — и сталь становится браком…»

Но на каких примерах тогда воспитывать молодежь? Чему может научить школьников учительница, считающая Павку Корчагина «мазохистом»?

Как может жить страна без подвигов и без героев-Корчагиных? Особенно Россия, которую сейчас осаждают со всех сторон, окружают военными базами и хотят разрушить санкциями.

Она развалится, как сейчас разваливаются США — высокомерная цитадель общества потребления. А в нашей стране, к счастью, такие люди, как Павел Корчагин Островского, есть до сих пор. Это и бойцы 6-й роты Псковской дивизии ВДВ, которые погибли в Чечне, сражаясь с во много раз превосходившей их по численности бандой боевиков-террористов. Это и сбитый в Сирии русский летчик Роман Филипов, который взорвал себя гранатой, чтобы не сдаваться в плен игиловцам. Это и дагестанский милиционер Магомед Нурбагандов, который под угрозой смерти остался верен присяге, и смело призвал своих сослуживцев: «Работайте, братья!» Их много, и это без них сталь становится браком.

Ровно 90 лет прошло с тех пор, как прикованный к постели и почти ослепший Николай Островский начал писать свою легендарную книгу «Как закалялась сталь». В СССР это произведение было одним из самых популярных — к 1991 году ее переиздавали 773 раза, общий тираж составил фантастические 53 миллиона. Роман был переведен более чем на сто языков, издан в ста странах мира. В осажденном голодном и холодном Ленинграде в 1942 года книга Островского была напечатана вручную, и ее десятитысячный тираж был распродан за два часа.

Писатель Борис Полевой вспоминал, как во время обороны Сталинграда заглянул ночью в расположение одного из передовых батальонов. Бойцы собрались у костра: «Все слушали, сидя в напряжённых позах, стараясь не пропустить ни одного слова. Читали роман «Как закалялась сталь». Когда разговорились, бойцы пожаловались, что книга эта одна на весь полк. Для удобства чтения её разорвали на несколько частей и в редкие часы боевого отдыха читали, передавая друг другу листы по мере прочтения».

Да и в наши дни в одном лишь Китае за последние 15 лет роман о Корчагине издали больше 20 раз, и для большинства китайцев Павка — литературный герой № 1. В этой стране книгу Николая Островского до сих пор читают десятки миллионов. А фраза, которую в романе произносит его герой, и сейчас считается хрестоматийной:

«Самое дорогое у человека — это жизнь. Она дается ему один раз, и прожить ее надо так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы, чтобы не жег позор за подленькое и мелочное прошлое, чтобы, умирая, смог сказать: вся жизнь и все силы были отданы самому прекрасному в мире — борьбе за освобождение человечества».

Старшему поколению биография Николая Островского и сам его роман хорошо известны.

Родившийся в небольшом украинском селе будущий писатель стал подпольщиком, потом добровольно ушел на фронт Гражданской войны, был ранен. Занялся комсомольской работой, а потом на ударной стройке узкоколейки, когда пришлось работать по колено в ледяной воде, получил тяжелое заболевание, стал инвалидом, был разбит параличом и почти полностью ослеп. Считалось, что биография самого Островского почти полностью совпадает с биографией главного героя его романа.

Поначалу свой роман автор, прикованный к постели, писал от руки, однако когда Островский уже почти полностью ослеп, то попросил ассистентку взять картонную папку и прорезать в ней полосы размером строки и продолжил писать при помощи трафарета. Через какое-то время рука стала болеть и совсем отказала. Тогда он стал писать, диктуя.

Когда в середине 1932 года роман был, наконец, окончен, и рукопись отправили в журнал «Молодая гвардия», Островский получил в ответ разгромную рецензию, будто в его книге «выведенные типы нереальны». Кстати, это была не первая неудача начинающегося писателя. В 1927-1928 гг. по просьбе друзей Островский написал повесть о котовцах — «Рожденные бурей», но рукопись при пересылке в редакцию потерялась.

Когда первая часть романа «Как закалялась сталь», несмотря на трудности, была все-таки издана, то к полному удивлению издателей тираж разлетелся мгновенно. В библиотеках за романом выстраивались огромные очереди.

Однако литературные критики поначалу не проявили к книге интереса, не было отзывов в прессе, а харьковский цензурный Обллит вообще назвал роман «Как закалялась сталь» антисоветским и потребовал его «немедленно изъять».

Настоящая слава пришла к Островскому только в 1935 году — благодаря известному журналисту Михаилу Кольцову. Из его очерка в «Правде» вся страна узнала о самом факте существования парализованного молодого писателя и его книге.

Роман наперебой стали расхваливать не только партийные пропагандисты. Знаменитый режиссёр В. Мейерхольд рассказывал актёрам своего театра: «Я имел однодневную беседу со Львом Толстым, много беседовал с Антоном Чеховым. Николая Островского я ставлю третьим. Такая необычная культура, такое необычное проникновение в правду жизни, такая способность понимать, что такое искусство». Иерохимонах Сампсон в своих сочинениях «Жизнеописание, беседы и поучения» писал: «В нём были эта огромная любовь к человеку, хотя и атеиста, но всё-таки любовь. Его поразительная работа «Как закалялась сталь» — это выражение любви к человеку. Душевной. И, может быть, даже духовной». Английский историк Д. Линдсей подтверждал: «В его книге нет ни одной фальшивой ноты. Она заставляет гордиться званием человека».

А лауреат Нобелевской премии французский писатель Андре Жид оставил свои записи о встрече с Островским незадолго до его кончины: «Я не могу говорить об Островском, не испытывая чувства глубочайшего уважения. Если бы мы были не в СССР, я бы сказал: «Это святой»».

Автора «Как закалялась сталь» в СССР начали преподносить до небес. Наградили орденом Ленина. Правительство Украины построило для него в Сочи новый дом, на улице его имени. Писателю дали квартиру в Москве на Тверской улице (тогда улице Горького).

Для того времени это было уже признание его статуса как классика советской литературы. В 1936 году Наркомат обороны присваивает ему почетное звание комиссара бригады. Шьется специальная форма, в ней Островский практически всегда и фотографируется. Чтобы посетить его, делегации выстраиваются в очередь. Превозмогая боль, писатель готовит к публикации новый роман — «Рожденные бурей». Но смерть наступила 22 декабря 1936 года, когда писателю было всего 32 года…

Загадка романа

До сих пор остается загадкой, как Николаю Островскому, человеку, не получившему никакого филологического образования, удалось создать произведение, ставшее мировым бестселлером. Поэтому его постигла почти такая же судьба, как и Шолохова. После краха СССР, когда стали доступны архивы и стали свергать многих прежних кумиров, заговорили о противоречиях в официальной биографии автора и неизвестных прежде подробностях создания его культового романа.

В апреле 2000 года еженедельник АИФ напечатал статью, автор которой рассказал историю о том, как будто бы на самом деле он был создан. Об этом ему якобы рассказала сотрудница издательства «Молодая гвардия» Баблоян. «Я, — заявила Баблоян, — входила в творческую бригаду, которая и создала этот роман… Я — последняя, оставшаяся в живых из этой бригады. А было все это так. Автор прислал рукопись, о литературном уровне которой можно было говорить только условно. Издать ее невозможно. Но отказать ему, старому комсомольцу, мы, работники комсомольского издательства, не могли. Года два рукопись передавали из редакции в редакцию, надеясь, что кто-нибудь найдет выход. Каждая редакция отвечала автору, что ознакомилась с рукописью и передала для дальнейшей работы над нею другой редакции. Автор — Н. Островский — обратился с письмом в ЦК ВЛКСМ, рассказал, что который год не может издать рукопись, отражающую героическую эпоху в истории комсомола.

ЦК ВЛКСМ затребовал рукопись из издательства. Ознакомился с нею. Провел совещание с издательскими работниками. Было решено создать творческую бригаду, которая занималась бы только подготовкой к выпуску романа в свет. Началась упорная, всесторонняя, коллективная работа над рукописью. Хотя мы не совсем верили, что удастся из рукописи, пригодной разве что для редакционной мусорной корзины, сделать что-либо достойное уровня нашего издательства. От нас же не скрывали, что ждут шедевра. ЦК ВЛКСМ систематически контролировал ход работ. По ходу дела созывались совещания. Мы втянулись в работу. Сжились с сюжетом. Стали жить жизнью героев рукописи. Каждая страница прошла через наши сердца и души. Плюс к этому профессиональное мастерство редакторов одного из лучших в стране издательств. И получилось то, что впоследствии стали считать одним из лучших произведений советской литературы. Николай Островский стал советским писателем-классиком…»

Было ли все так на самом деле?

Доведение «до ума» произведений начинающих авторов считалось в то время обычной практикой. Особенно, если речь шла о книгах патриотического содержания.

Хороший, талантливый редактор, порой, становился настоящим соавтором произведения, с которым он работал, о чем, разумеется, никакого упоминания в изданной потом книге не было. Так что такое вполне могло быть и в работе при издании «Как закалялась сталь», однако никакого официального подтверждения рассказ Баблоян не имеет.

Некоторые литературоведы даже считают, что к редактированию рукописи романа был якобы причастен Аркадий Гайдар, который будто бы даже написал для него некоторые главы. Впрочем, все это так и остается на уровне домыслов и предположений, а потому единственным автором романа «Как закалялась сталь» по праву считается Николай Островский.

Цензура и купюры

Впрочем, изданный текст романа все-таки сильно отличается от того, что на самом деле написал Островский. И вовсе не потому, что его старались «улучшить» редакторы, а во многом благодаря политической цензуре. Как установили литературоведы, из рукописи были убраны эпизоды участия Павла Корчагина в «Рабочей оппозиции», упоминания дискуссии о профсоюзах, убраны эпизоды с Троцким в армии и на фронте, бурные дискуссии тех лет с троцкистами и оппозиционерами, приведшие к расколу в партийной и комсомольской среде, сюжетные линии о поддельном студенчестве «приспособленцев» во времена нэпа, об агрессивном мещанстве в быту, существенно изменена даже любовная сюжетная линия главного героя.

Споры между историками литературы идут и вокруг некоторых деталей биографии Николая Островского. За два месяца до смерти в интервью о своей книге Островский признался английскому журналисту, что она не является автобиографичной.

А в предисловии к первому изданию романа, опубликованному в журнале «Молодая гвардия», Островский говорит совсем другое. Он приводит множество подробностей своей жизни, которые абсолютно точно совпадают с биографией Корчагина.

Почти все биографы утверждают, что Островский сражался в Гражданскую в рядах 1-ой Конной армии. Николай в те годы был еще несовершеннолетним, но такое тогда случалось часто. Однако до сих пор нет каких-либо реальных подтверждений службы Островского в регулярной армии. И в его автобиографии от 1924 года нет ни одного упоминания об участии в Гражданской войне.

До наших дней дошел личный учетный листок Николая Островского, который он сам заполнил в 1924 году при постановке на партийный учет. И в графе «Участие в военных действиях и служба в Красной армии» он поставил прочерк. А на следующей странице, перечисляя всю свою трудовую деятельность, Островский повторяет факты автобиографии, никак не упоминая о своем участии в боевых действиях.

Грандиозная книга

Но такое ли уж большое значение имеет то, какой у автора была биография? Даниил Гранин, например, как теперь документально доказано, никогда не был командиром роты тяжелых танков под Кенигсбергом, как он сам о себе писал и говорил в интервью, а служил во время войны политруком в ремонтно-восстановительной бригаде. Александр Грин часто придумывал фантастические истории о самом себе.

У писателя важно не то, что он сам о себе говорит, а то, что он написал. И какое влияние его произведение оказало на читателей. А книга «Как закалялась сталь» произвела впечатление грандиозное. И до сих пор продолжает производить во всем мире.

И это признал даже такой опытный литературный критик, которого никак нельзя заподозрить в симпатиях к коммунистам или к патриотической литературе, как Дмитрий Быков. «Дело в том, — пишет он, отмахиваясь от слухов о том, что книга Островского — плод коллективного труда и от несообразностей в его биографии, — что в этой книге наличествует огромный заряд, огромное нежелание мириться с данностями, огромное нежелание мириться со смертью, с выключенностью из жизни. Этот заряд многим помогал выживать. Функция этой книги грандиозна вне зависимости от ее художественных достоинств».

Когда в 1991 году рухнул СССР и власть в стране, в том числе в области культуры захватили либералы, то книгу «Как закалялась сталь» тут же изъяли из обязательной школьной программы. Зачем нужны герои обществу потребителей? У них совсем другое отношение к жизни. Вот, например, как пишет сегодня о романе в интернете анонимный автор, судя по ее тексту, — нынешняя школьная учительница: «Роман «Как закалялась сталь» — это повествование о самоубийце-мазохисте, о человеке, который ежедневно и целенаправленно убивал себя, отказываясь быть человеком. Павел Корчагин, поначалу смелый, гордый, протестующий мальчишка, вырос в робота-воителя, железного человека, подчинившего свою плоть силе сознания, и добровольно посвятивший себя физическому аскетизму… Сталь закаливают для того, чтобы повысить её твердость и прочность, чтобы она служила долгие годы. Для этого её подвергают тепловой обработке, при которой очень важна точность, недозакалить или перекалить — и сталь становится браком…»

Но на каких примерах тогда воспитывать молодежь? Чему может научить школьников учительница, считающая Павку Корчагина «мазохистом»?

Как может жить страна без подвигов и без героев-Корчагиных? Особенно Россия, которую сейчас осаждают со всех сторон, окружают военными базами и хотят разрушить санкциями.

Она развалится, как сейчас разваливаются США — высокомерная цитадель общества потребления. А в нашей стране, к счастью, такие люди, как Павел Корчагин Островского, есть до сих пор. Это и бойцы 6-й роты Псковской дивизии ВДВ, которые погибли в Чечне, сражаясь с во много раз превосходившей их по численности бандой боевиков-террористов. Это и сбитый в Сирии русский летчик Роман Филипов, который взорвал себя гранатой, чтобы не сдаваться в плен игиловцам. Это и дагестанский милиционер Магомед Нурбагандов, который под угрозой смерти остался верен присяге, и смело призвал своих сослуживцев: «Работайте, братья!» Их много, и это без них сталь становится браком.

ЕЩЕ РАЗ ИСТОЧНИК